Флирт в Севильи - Страница 36


К оглавлению

36

— Наверное, он заблудился, — сказал, пытаясь успокоить ее, Балодис. — Сейчас Гарсиа его приведет.

— После вчерашнего случая он не должен отлучаться, — громко заявила коммерческий директор, — и вообще я думаю, что это наша последняя работа с господином Круминьшем. Больше он с нами работать не будет.

Не успела она договорить, как во дворике показались несколько полицейских во главе со следователем. Среди них был и Диего Таррега. Он подошел к Дронго.

— Мы все проверили, — пояснил он. — В комнате погибшей найдены отпечатки пальцев режиссера Круминьша. Куда он пропал?

— Гарсиа пошел за ним, — пояснил Дронго.

— Карамба! — выругался Таррега. — Извините. Я не думал, что Круминьш захочет сбежать.

— Он в соборе, — пояснил Дронго, — мне кажется, он заблудился, его сейчас найдут.

Таррега стал объяснять полицейским, кого нужно искать. Несколько человек поспешили в собор. Следователь нахмурился, когда Таррега объяснил ему, о чем они говорили с Дронго. Затем пристально посмотрел на Лену Доколину, но ничего не спросил.

— Кажется, это еще не все ваши новости, — предположил Дронго, обращаясь к Тарреге.

— Нет, не все, — подтвердил тот, еще раз пристально посмотрев в сторону Доколиной. — Мы решили последовать вашему совету и взяли кровь Круминьша на анализ. Наши криминалисты точно установили, что он уже давно злоупотребляет наркотиками. Если у него найдут наркотики, он попадет в тюрьму, независимо от того, убил он сеньору Омельченко или нет.

— Плохие новости, — согласился Дронго.

— Но и это еще не все, — шепотом добавил Таррега, — мы идентифицировали отпечатки пальцев на дверной ручке. Как вы думаете, кому они принадлежат?

Дронго проследил за взглядом Тарреги.

— Неужели Лене? — не поверил он.

— Сеньорите Доколиной, — выдохнул Таррега, подтверждая его предположение. — Мы собираемся допросить обоих, — добавил он уже более уверенно.


Глава двенадцатая


Они ждали минут десять, пока наконец не появился измученный Гарсиа. Он был явно расстроен.

— Не знаю, куда пропал сеньор Круминьш, — признался Гарсиа, — его нигде нет. Я обошел весь собор, но его не нашел.

— Он сбежал, — всплеснул руками следователь, — я так и думал. Мы должны немедленно объявить тревогу по всему городу. Это он вошел к сеньоре Омельченко и убил ее вчера вечером. И мы возьмем с собой сеньориту Доколину.

Гарсиа перевел его слова. Лена испугалась. Она с тревогой оглянулась.

— Почему меня? Что я сделала? Почему они хотят меня забрать?

Она по очереди смотрела на всех. Рута Юльевна нахмурилась и покачала головой, но ничего не сказала, не решаясь вмешиваться. Меднис только ухмылялся. Балодис, решивший, что должен уточнить происходившее, начал задавать Гарсиа вопросы.

Только Ингрид возмутилась и обратилась на неплохом английском к Тарреге:

— По каком праву вы ее арестовываете? Разве у вас есть доказательства ее вины?

— Мы хотим только поговорить с ней еще раз, — пояснил тот, — никто не выдвигает против сеньориты никаких обвинений. Нам только нужно выяснить некоторые детали.

Следователь уже громко отдавал приказы по мобильному телефону. Очевидно, он был убежден в своей правоте и не сомневался, что подозреваемый сбежал. Закончив давать указания, он попросил Гарсиа объяснить Доколиной, что она должна пойти с ними. В этот момент Рута Юльевна наконец поняла, что именно происходит. — Мы позвоним в наше посольство, — пообещала она, — вы не имеете права срывать нам съемки.

— Нам нужно поговорить с сеньоритой Доколиной, — попытался объясниться следователь и замер.

Во дворик входил Витас Круминьш. Очевидно, выйдя из собора, он обошел его кругом и вернулся в Апельсиновый дворик.

— Это вы? — изумился следователь, уже убежденный, что раскрыл убийство.

— Что случилось? — не понял его удивления Круминьш. — Почему вы так взволнованны?

— Спасибо, что вернулись, Витас, — сказал Балодис, — я не сомневался, что мы вас найдем.

— Наконец-то вы явились, — мрачно произнесла Рута Юльевна, — вас уже ищет следователь. Он хочет с вами поговорить, и из-за вас чуть не арестовали Лену.

— Из-за меня? — изумился Витас. — Почему из-за меня? Что я сделал?

— Ваши отпечатки пальцев найдены в комнате убитой, — пояснил следователь. Гарсиа перевел вопросы подозреваемого и напряженно ожидал, что именно ответил следователь.

— Какие отпечатки? — не понял Круминьш. — О чем вы говорите?

— Вчера вы сказали, что постучались к сеньоре Омельченко за несколько минут до ее смерти, но не входили в ее комнату.

— Правильно, — подтвердил Круминьш, выслушав перевод Гарсиа, — я действительно не входил.

— Скажите ему, — взвизгнул следователь даже не дожидаясь перевода и поняв все по жестам режиссера, — что мы нашли его отпечатки пальцев в комнате убитой! Наши криминалисты доказали, что он был в комнате.

— Вы были в комнате, там ваши отпечатки, — перевел убитым голосом Гарсиа.

— Конечно, был, — удивился режиссер, — мы вчера во время перерыва поехали в отель. И я был в номере сеньоры. Но меня об этом никто не спрашивал. А я действительно вернулся в отель и был с ней.

На них уже стали обращать внимание. Вокруг начали собираться люди. Полицейские лениво отгоняли зевак.

— Все это вы расскажете на допросе, — твердо заявил следователь.

— Но я был у Лилии днем, — растерянно глядя на него, сказал Круминьш.

— Хватит, — разозлился следователь. — Может, вы и наркотики никогда не пробовали?

36